Всю эту книгу я говорил с мужчиной. Эти страницы — тебе.
Я не знаю, кто ты. И не знаю, с кем ты. Поэтому расскажу о себе. А ты сама решишь, есть ли тут что-то для тебя.
Была женщина, которая меня любила.
Она писала мне открытки. Простые, от руки, с тёплыми словами — что любит, что я ей дорог и она рада, что я есть. Рисовала сердечки, рожицы. Я открывал их, читал. И на лице у меня появлялась неловкая улыбка. Неловкая, потому что от прямых, открытых чувств мне становилось почти физически не по себе. Я бормотал что-то в ответ, не поднимая глаз, и смущенно благодарил её.
А потом откладывал открытку, как откладывают то, что уже прочёл и к чему больше не надо возвращаться.
Женщина, которая меня любила, хотела, чтобы я видел и чувствовал это. А я не мог. Не потому, что не хотел. Я просто не мог. Не умел.
Знаешь, на что это похоже?
Как будто я всю жизнь шёл вдоль длинной глухой стены. А на ней крупными буквами было написано: «За этой стеной то, что ты всей душой хочешь». Иногда я замечал эту надпись. Замедлял шаг. Что-то во мне отзывалось. Но всякий раз я отводил глаза и шёл дальше. Забывая и надпись, и стену.
Сколько себя помню, я старался больше достигать, больше решать, больше быть мужчиной. Честно выполнял условия сделки. Все силы уходили только на это. На остальное не оставалось ни времени, ни желания.
Среди этих условий нет пункта «Чувствуй». В прошлом способность чувствовать делала мужчину уязвимым. Уязвимый был плохим добытчиком и защитником. Раньше это было правдой. Сейчас — ложь.
Современному мужчине не нужен образ воина и эмоциональный паралич, чтобы создавать, держать слово, защищать своих.
Ирония в том, что, если бы я прочитал эти строки несколько лет назад, — я бы с умным видом согласился. Внутри ухмыльнулся. И ничего бы в себе не поменял. Ничего.
***
Если рядом с тобой такой человек — он не холоден от природы. Ему просто нечем дать тебе то тепло, которое ты просишь. Не по злобе — его так научили. Сам он про это не знает. Он и рад бы дать, да не умеет. И не понимает, что не умеет.
Но тебе от этого не легче. Его неспособность не отменяет того, что тебе это нужно. И ты права. Вернуть себе тепло — его работа, не твоя. Ты не виновата, что он разучился. И не сможешь его научить.
Переспорить. Достучаться логикой. Растопить любовью. Терпеть и ждать. Ничто из этого не работает.
Но можно позвать к разговору. Прямо, мягко, без упрёка. Иногда это открывает дверь. Чаще — делает ответ ясным, даже без слов.
Что делать с ответом?
Это твоя жизнь. Тебе решать. Кто-то не готов сейчас, но сдвинется потом. А кто-то — никогда.
Важно помнить: у женщин своя сделка. Условия другие. Выход тот же — увидеть её и остановиться. Но это другой разговор. И другая книга.
Скажу одно и тебе, и ему. Жизнь — не место в очереди за чьим-то прозрением. Не всякий доходит. Не надо растворяться в ожидании.
***
Женщина, которая меня любила, дарила мне не открытки. Она дарила мне самое дорогое, что один человек может дать другому. А я брал и откладывал в сторону.
Тогда я этого не понимал. Чувствую сейчас. И горечь. И потерю. И благодарность.
Мне потребовалось долгих двадцать лет. Я разрушил не одни отношения. Причинил и испытал так много боли, что наконец остановился.
Развернулся лицом к той стене. Прочитал надпись. И увидел открытую дверь.
Она всегда была там.