Двигатель выключен. Музыка тоже. Двадцать метров до дома. В окне горит тёплый свет и виден угол холодильника — там жена, дочки, ужин. До двери десять секунд. Он сидит девятую минуту. Потом десятую. Руки висят на руле. Не курит. Не листает телефон. Просто сидит.
Машина начинает остывать изнутри. Становится прохладно ногам, потом пальцам на руле. Он не включает печку. Сидит дальше.
Мимо проходит молодая пара. Совсем рядом. Парень бросает на него взгляд, наклоняется к девушке и что-то говорит. Она коротко оборачивается.
Он сидит и смотрит, как в свете фонаря то появляются, то исчезают ветви клёна, который он посадил тонким прутиком, когда родилась младшая. Дерево выросло. Дочь выросла.
У него внутри ничего. Не пусто — а именно «ничего». И только что-то тяжёлое собирается по краям.
Если спросить его, что с ним, — он скажет: «Ничего». И это будет правдой, как он её знает.
Ничего особенного не произошло. На работе всё в порядке. Дома всё в порядке. Здоровье в порядке. Проблем нет. Ничего конкретного нет.
Если позвонит жена и спросит: «Ты где?» — он скажет: «Еду, встреча была». Это не будет правдой. Встречи не было. Да и жена перестала звонить.
Он не думает, почему не заходит в дом. Он не считает это проблемой и не ставит себе диагнозы. У него нет планов делать с этим что-то.
Он думает: «Посижу. Посижу минуту и пойду». Он думает так уже пятнадцатую минуту.
Завтра он встанет в шесть, оденется в костюм, поедет в офис, проведёт день, вернётся в темноте. Возможно, он опять не выйдет из машины. Возможно, на этот раз выйдет. Это не критично.
И всё-таки прямо сейчас, в этот момент, он не выходит.
***
Он выйдет. Поужинает. Скажет: «Всё нормально». Ляжет спать.
У тебя это может быть иначе. Не обязательно — машина.
Может, ты начал гулять. По улицам. Один. Без цели. Тебе нравится идти, потому что когда снаружи всё движется — внутри немного затихает.
Может, по вечерам нужна пара рюмок. Не для вкуса. И не для компании — для себя. Чтобы день отступил и стало тише. А тишина стала сном.
Может, каждая твоя минута занята. Работа, встречи, новости, спорт. Ни секунды без дела. Ты замечаешь только паузы — короткие, пустые, в которых что-то подступает. И тут же хватаешься за телефон.
Может, среди веселья, разговоров и музыки, ты на всё реагируешь правильно — улыбкой, словом, движением. Но с небольшим опозданием. И это опоздание — как провал, через который пока получается перешагнуть.
Декорации разные. Но если присмотреться — за ними одно. То, что надо заглушить, заполнить, отодвинуть. То, чему нельзя дать заговорить.
Потому что если оно заговорит — придётся услышать вопрос, на который нет ответа. От него ты и уходишь. Каждый день, всеми способами сразу. Не ты один — все вокруг заняты тем же. Будто каждому отдали приказ — не останавливаться.
У приказа есть имя.
Сделка.
Контракт, который ты заключил, не читая. Читать тогда ты ещё не умел. Подпись стоит. Условия приняты и строго тобой соблюдаются.
Ты не помнишь, чтобы что-то подписывал. В этом и замысел.
Сделку принесли самые близкие. Отец, чьё одобрение было воздухом. Мама, чьи слова «ты мой защитник» делали тебя выше ростом. Бабушка, которая, целуя сухими губами, говорила: «Вот мой добытчик».
Двор, где точно знали, кто сильный, а кто слабак. Девчонки, которые улыбались одним и не замечали других. Тренер, учивший «быть мужиком». Фильмы, где у героев каменное лицо и всё решает сила.
Зла тебе никто не желал. Они хотели, чтобы ты вырос настоящим мужчиной. Ты поверил и сделал выбор ещё до того, как узнал, что это такое. Только начал жить — и уже стал должен.
Взамен обещано то, что желает каждый.
Право быть кем-то. Кто решает, кого выбирают, к кому возвращаются. Право на место в этом мире, где больше ничего не надо доказывать.
И Сделка сказала: «Ты это получишь. Силу. Успех. Признание. Любовь. Покой. Всё будет твоё. По праву. Но сначала — выполни условия. Не выполнишь — не мужчина».
Условий пять.
И мужчины их выполняют. С дисциплиной, которой нет в армии. С рвением, которого не знает религия.
Заключённый нарушает режим. Солдат ищет, где сачкануть. Сотрудник выходит покурить. Мужчина под Сделкой — никогда.
Двадцать лет. Тридцать. Сорок. День за днём, без выходных и больничных. До конца. Своего или Сделки.
Ты платишь собой. Давишь радость, откладываешь жизнь и людей на потом, чтобы наконец получить обещанное.
Но у Сделки для тебя только два приговора: победитель и неудачник.
Один взял всё и не хочет ничего, кроме ответа на вопрос: «Где обещанное?» Другой не взял ничего и глушит стыд. Разные концы одной дороги. Оба — тупик.
Большинство из нас бежит или бредёт в один из них. Я успел побывать в обоих. И на этом пути встретил каждого, кого знаю.
Это их истории. И моя.